Неэтично или нейроэтично?

Три закона робототехники — обязательные правила поведения для роботов, фигурирующие в серии фантастических произведений Айзека Азимова.

Первый закон робототехники: робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред. Второй закон робототехники: робот должен повиноваться командам человека, если эти команды не противоречат Первому Закону. Третий закон робототехники: робот должен заботиться о своей безопасности, пока это не противоречит Первому и Второму Законам.

Давайте представим себе несколько непростых, но уже имеющих право на существование в XXI веке ситуаций. К примеру, близкий Вам человек уже несколько лет находится в глубокой коме, и Вы только что получили разрешение на эвтаназию. Неожиданно при экспериментальном ЭЭГ-обследовании обнаруживается активность мозга, указывающая на наличие сознания и контакта с окружающим миром. Каков будет Ваш выбор? Или же представьте, что Вы студент, живущий полной жизнью, и поэтому намереваетесь не спать несколько суток подряд перед сессией. Испробуете ли Вы в таком случае на себе нейростимулятор, в десятки раз улучшающий работоспособность и память, но дающий непредсказуемые побочные эффекты? А если бы Вы были студентом ближайшего будущего, то согласились бы на предложение вживить в мозг чип с необходимой информацией, которая уже завтра понадобится на экзамене? Вы также можете представить себя одним из присяжных заседателей на суде, где обсуждается дело жестокого серийного убийцы. Однако он, по заключению экспертизы, является скорее жертвой обстоятельств: огромной опухоли головного мозга, которая привела к ненормальному поведению. Скорее всего, хотя бы над одним из сценариев Вы серьезно задумались. Что же объединяет эти неоднозначные и парадоксальные ситуации?


Все они иллюстрируют сферы современной науки, которыми занимается нейроэтика- молодая и очень перспективная дисциплина. Вы наверняка почувствовали ее тесную связь с повседневной жизнью, и поэтому будет полезно подробнее разобраться с тем, что это такое.


Актуальна как никогда

Современную нейроэтику определяют как междисциплинарную область исследований, основной фокус которой направлен на этические проблемы и вопросы, связанные с нейронауками и изучением мозга человека. Проще говоря, нейроэтика объединяет нейронауку, современные технологии и этику в различных пропорциях. Несмотря на то, что формально эта дисциплина появилась только в начале XXI века, сейчас она охватывает довольно большой сегмент науки и совершенно точно получит новый толчок к развитию в будущем. Чем быстрее развиваются технологии, связанные с жизнью человека (а таких большинство), тем больше мы ощущаем необходимость в этическом взгляде на происходящее.

Два фронта

Философ Адина Роскис вводит тенденцию разделять нейроэтику на два кластера: к первому относится этика нейронауки и связанные с ней проблемы мозговых инвазий (в контексте, инвазия- медицинская процедура, при которой осуществляется хирургическое проникновение в организм человека с нарушением его естественных внешних барьеров, таких как кожа, кости и т.д), нейротехнологии, косметической фармакологии- в общем, всех разработок, так или иначе воздействующих на мозг человека. Второй же представлен нейронаукой этики и направлен на изучение нейронного и когнитивного базиса этики человека (сюда относится проблема свободы воли, этические аспекты лечения при повреждениях сознания и нервной системы, когнитивные (познавательные) механизмы принятия решений и т.д.).

Этика нейронауки

Это направление произошло от давно существующей научной этики, и ближайшим его родственником является биоэтика. Важно понимать, что биоэтика и нейроэтика- не одно и то же, и последняя занимается более тонкими вещами с привлечением психологии и других наук о человеке. Кратко рассмотрим основные темы в данной области.


Нейротехнологии и инвазии в мозг. Удивительно, но история данного направления насчитывает более ста лет. Отправной точкойявляется обнаружение в 1875г. Ричардом Кэтоном электрических сигналов на поверхности мозга животного. После этого значимого открытия началось стремительное развитие методов изучения электрической активности мозга. В 1950-е годы уже был создан первый работающий нейрокомпьютерный интерфейс(далее НКИ)- электронное устройство Stimoceiver, вживленное в мозг быка нейрохирургом Хосе Дельгадо. С помощью радиосигнала ученый мог управлять поведением животного (однако лучшим испытуемым для экспериментов с НКИ традиционно считается обезьяна). Следующим этапом стало внедрение НКИ в мозг человека: к примеру, на сегодняшний день около 100 000 человек используют кохлеарный (относящийся к улитке внутреннего уха, т.е. предназначенный для коррекции слуха) нейроимплантат- согласитесь, довольно внушительная статистика. И если «мозг-компьютер» интерфейсы уже сейчас помогают бороться с ранее неизлечимыми болезнями, то дальнейшие разработки будут предлагать еще более интересные возможности.

Кстати, людей, испытывающих на себе различные инвазивные интерфейсы, называют биохакерами. За примерами не нужно ходить далеко: компания Motorola несколько лет назад представила публике разработки «цифровых татуировок» и электронных таблеток, а по московскому метро передвигается биохакер, вжививший карту «Тройка» себе под кожу.

Сюда же можно косвенно отнести все проблемы, связанные с машинным обучением и творчеством, созданием искусственного интеллекта и интернета вещей (концепции существования сети физических предметов быта человека, оснащенных встроенными технологиями для взаимодействия друг с другом или с внешней средой ). Для наглядного объяснения обратимся к мысленному эксперименту, известному как «Донор». Этическая дилемма заключается в следующем: у высококлассного хирурга есть 5 пациентов, каждый из которых остро нуждается в пересадке определенного органа (всем нужны разные органы); без операции каждому из них грозит смерть. В больницу приходит здоровый молодой человек, и при осмотре хирург обнаруживает, что его органы полностью совместимы с организмами пациентов. Что должен сделать хирург при условии, что в случае исчезновения молодого человека доктора никто не заподозрит? А теперь усложним ситуацию еще больше: в будущем велика вероятность того, что многие хирургические операции и медосмотры будет проводить робот с высокоразвитым искусственным интеллектом; какую этику люди запрограммируют для робота-врача? Будет ли его решение проблемы донора отличаться от решения хирурга-человека? Как научить робота этичности? Когда эти вопросы станут реальными, людям, скорее всего, придется вспомнить и переосмыслить 3 закона робототехники Айзека Азимова.


Косметическая фармакология: понимание работы механизмов биохимической регуляции человеческого тела рождает желание их модифицировать. Этим и занимается современная нейрофармакология, направленная на разработку препаратов, так или иначе изменяющих когнитивные и другие функции мозга. Человечество уже пыталось преобразовать аффективную сферу и наступило на грабли массового использования Прозака- антидепрессанта, якобы не имеющего побочных эффектов и во всех отношениях благоприятно влияющего на организм. А пока «нация Прозака» залечивает полученные раны, ведется интенсивное создание других препаратов, благо — с большей осторожностью. Проведение двойных и тройных слепых исследований новых лекарств на огромных выборках пациентов сегодня стало неотъемлемым условием для фармацевтических компаний.

Нейронаука этики

Смотреть на нейроэтику под другим углом не менее интересно: как объяснить объективно этику и мораль человека и возможно ли это вообще? Как с точки зрения когнитивных механизмов мы принимаем решения? Эти вопросы можно считать частью ныне популярной проблемы сознания, решить которую активно пытаются ученые последнего десятилетия. Исследования нейроэтики могут внести свой вклад в следующие области:


Нейроэтика и свобода воли. На сегодняшний день есть веские основания полагать, что человек далеко не так свободен в принятии решений, как ему кажется: в современных исследованиях под вопросом находится само существование свободы воли. Первым нейрофизиологом, который предположил иллюзорность свободы воли и предоставил экспериментальные данные в пользу этой точки зрения еще в 1973 году, был Бенжамин Либет. Его испытуемым предлагалось произвольно, по собственному желанию, быстро сгибать запястье и запоминать, где в момент возникновения желания находилась стрелка циферблата перед ними. Оказалось, что потенциал готовности моторной коры головного мозга возникал раньше, чем сознательное желание совершить действие, что наглядно доказывало первоочередность бессознательного принятия решения о действии. Интересно, что сам автор не считал результаты приговором для свободы воли и не отвергал ее существование, так как у человека даже после осознания желания остается возможность «наложить вето» и не совершать действие. Эта проблема тесно переплетается с правовым полем и карательными методами современного общества, которые основаны именно на том факте, что человек без психических патологий полностью отвечает за свои действия. Сэм Харрис в книге «Свобода воли» приводит множество примеров, доказывающих если не полное, то частичное отсутствие свободы воли у людей во многих жизненных ситуациях, в том числе во время совершения преступления. К нему присоединяются немецкие ученые, которые под руководством Джона-Дилана Хайнеса провели исследование, опровергающее существование свободы воли. Идея эксперимента схожа с работой Либета: испытуемые видят на экране сменяющие друг друга буквы и фиксируют, какая буква была на экране в тот момент, когда у них возникало желание совершить действие (нажать на левую или правую кнопку). При этом фиксировались показатели фМРТ, которые и указали на временное расхождение в 7 секунд между активностью мозга, соответствующей конкретному решению, и осознанным принятием решения.

В таком случае возникает необходимость пересмотреть фундаментальные социальные и правовые нормы, что может привести к глобальным изменениям в структуре общества. Как сильно нейронаука изменит повседневную жизнь- вопрос, ответ на который нам предстоит наблюдать в ближайшем будущем.


Этика неврологической реабилитации. Недавнее исследование команды ученых под руководством Шриваса Ченну взбудоражило научный мир данными о том, что некоторые пациенты в диагностированном вегетативном состоянии сохраняют возможность отвечать на внешние стимулы. Испытуемых, находящихся в коме, просили представить, к примеру, игру в теннис; одновременно с этим регистрировалась активность области мозга, отвечающей за контроль движений. Результаты исследования заставляют вновь обратиться к проблеме этичности отключения таких людей от аппаратов жизнеобеспечения. Вопросы есть и в других областях нейрореабилитации, таких как медикаментозное лечение неврологических и психических отклонений.


Так ли далека от нас нейроэтика?

Мы затронули лишь некоторые, наиболее интересные аспекты, связанные с нейроэтикой, но не стоит забывать и о нейромаркетинге, нейровизуализации и других актуальных направлениях нейронауки, к которым также применимы вопросы этики. И чем ближе к нам высокие технологии будущего, тем сильнее мы будем заинтересованы в развитии этой дисциплины. Известный футуролог Рэймонд Курцвейл в своем «предсказании будущего» дает не больше двух десятков лет на создание технологий обеспечения бессмертия, линз с дополненной реальностью и легализованного редактирования генов. Задумайтесь: нейроэтика уже стоит на пороге наших дверей и просит впустить ее в нашу повседневную жизнь, с чем мы предлагаем не медлить.


Автор: Мария Юрлова


Источники

1. Cruse, D., Chennu, S., Chatelle, C., Fernández-Espejo, D., Bekinschtein, T. A., Pickard, J. D., … & Owen, A. M. (2012). Relationship between etiology and covert cognition in the minimally conscious state. Neurology, 78(11), 816-822.

2. Farah, M. J. (2010). Neuroethics, An Introduction with Readings.

3. Foot, P. (1967). The problem of abortion and the doctrine of double effect.

4. Martin, A., Becker, K., Darragh, M., & Giordano, J. (2016). A four-part working bibliography of neuroethics: part 3–“second tradition neuroethics”–ethical issues in neuroscience. Philosophy, Ethics, and Humanities in Medicine, 11(1), 7.

5. Harris, S. (2012). Free will. Simon and Schuster.

6. Haynes, J. D., & Rees, G. (2006). Decoding mental states from brain activity in humans. NatureReviewsNeuroscience, 7(7), 523-534.

7. Roskies, A. (2006). Neuroscientific challenges to free will and responsibility. Trendsincognitivesciences, 10(9), 419-423.

8. http://www.kurzweilai.net/

9. http://futuref.org/




Subscribe to Our Newsletter

  • White Facebook Icon

© 2023 by TheHours. Proudly created with Wix.com